WWWREFERATS.NET - Рефератов НЕТ! Но есть СОЧИНЕНИЯ!

Аа

Абрамов Ф.Б.
Айтматов Ч.
Ахматова А.
Андреев Л.
Астафьев В.П.
Бб

Бабель И.Э.
Байрон Д.
Бальзак O.
Батюшков К.Н.
Бажов П.П.
Бернс Р.
Блок А.А.
Бондарев Ю.В.
Бродский И.А.
Булгаков М.А.
Бунин И.А.
Быков В.
Вв

Вампилов А.В
Васильев Б.Л.
Воробьев К.Д.
Вознесенский А.А.
Высоцкий В.С.
Гг

Гёте И. В.
Гоголь Н.В.
Гончаров И.А.
Горький М.
Грибоедов А.С
Грин А.
Гроссман В
Гумилев Н.С.
Дд

Державин Г.Р.
Достоевский Ф.М.
Ее

Есенин С.А.
Жж

Жуковский В.А.
Зз

Заболотский Н.А.
Замятин Е.И.
Кк

Карамзин Н.М.
Крылов И.А.
Куприн А.И.
Лл

Лермонтов М.Ю.
Лесков Н.С.
Ломоносов М.В.
Мм

Маяковский В.В.
Мендельштам О.Э.
Нн

Некрасов Н.А.
Оо

Островский А.Н.
Пп

Пастернак Б.Л.
Паустовский К.Г.
Платонов А.П.
Пришвин M.M.
Пушкин А.С.
Рр

Распутин B.
Рубцов Р.М.
Сс

Салтыков
Тт

Тютчев Ф.И.
Тютчев и Фет
Толстой А.Н.
Толстой
Тургенев И.С.
Твардовский A.T.
Фф

Фадеев A.A.
Фонвизин Д.И.
Разное

Разные сочинения
Цц

Цветаева M.И.
Чч

Чехов А.П.
Чернышевский Н.Г.
Шш

Шолохов М.А.
Шукшин В.М.







Сюжет и проблематика одного из произ-ведений Н.С.Лескова - "Левша".

Категория: Лесков Н.С.

В наше пора, когда "американизация" отечественной культуры идет полным ходом, когда голливудский ширпотреб вытесняет с экранов российские фильмы, а вместо "Пушкина и Гоголя" с базара несут "Плейбой" и "ножки Буша", особенно полезно обратиться, к сатирическому творчеству Лескова.

Тульский Л^вша, несмотря на все посулы англичан, остается верен своей неблагодарной, но милой сердцу родине.
Название произведения полностью звучит так: "Сказ о тульском косом Левше и о стальной блохе".

Превалирует тема беспокойства автора об ущербе преклонения перед иностранным. В данном повествовании Платов противопоставлен комическому образу самого государя: "...А Платов на эти слова в ту же минуту опустил правую руку в свои большие шаровары и тащит оттуда ружейную отвертку. Англичане говорят: "Это не отворяется", а он, внимания не обращая, ну замок ковырять. Повернул раз, повернул два — замок и вынулся. Платов показывает государю собачку, а там на самом сугибе произведена русская надпись: "Иван Москвин во гра де Туле". Англичане удивляются и товарищ дружку поталкивают: ох-де, мы маху дали! А монарх Платову уныло говорит: "Зачем ты их очень сконфузил, мне их теперь очень жалостно. Поедем". Сели опять в ту же двухсветную карету и поехали, и монарх в тот самый день на бале был, а Платов ещё больший стакан кис-лярки выдушил и спал крепким казачьим сном".

Левша ещё не появился в повествовании, но уже расставлены акценты, уже комедийное начало заявлено, противостояние выявлено. Впрочем, это произведено и в первом абзаце, с великолепным мастерством утонченного стилиста: "Объездил он все страны и везде через свою ласковость постоянно имел самые междоусобные разговоры со всякими людьми, и все его чем-нибудь удивляли и на свою сторону преклонять хотели, но при нем был донской казак Платов, который этого склонения не любил и, скучая по своему хозяйству, все государя домой манил. И чуть если Платов заметит, что монарх чем-нибудь иностранным очень интересуется, то все провожатые молчат, а Платов в данный момент скажет: "Так и так, и у нас дома свое не хуже есть", — и чем-нибудь отведет".

Посетивший Лескова литературный критик В. В. Протопопов записал за ним: "Я люблю литературу как средство, которое дает мне вероятность высказывать все то, что я считаю за истину и за благо; если я не могу этого сделать, я литературы уже не ценю: смотреть на нее как на искусство не моя точка зрения..." При этом Лесков готов был признать, что "благородством направления" искупается более того недостаток художественности. "Разумеется, — добавлял он, — гармонически целостное сочетание и той и прочий — это высшая ступень творчества, но достижение ее выпадает на долю только настоящих мастеров, взысканных большими дарованиями".

Думается, что как раз в "Левше", где автор использовал нестандартную стилистику, было достигнуто высокое "гармоническое сочетание" художественности и направления. Вот едут монарх и казак Платов домой, товарищ на друга обиженные. По-всякому можно описать эту поездку. Лаконично, в стиле газетного очерка, растянуто, с бытовыми, дорожными подробностями. Лескову хватает одного абзаца, искрящегося юмором: "Они и ехали молча, только Платов на каждой станции выйдет и с досады квасной стакан водки выпьет, соленым бараночком закусит, закурит свою корешковую трубку, в которую сразу целый фунт Жукова табаку входило, а потом сядет и сидит рядом с царем в карете молча. Государь в одну сторону глядит, а Платов в другое окно чубук высунет и дымит на ветер. Так они и доехали до Петербурга, а к попу Федоту монарх Платова уже совсем не взял. "Ты, — говорит, — к духовной беседе невоздержен и так очень много куришь, что у меня от твоего дыму в голове копоть стоит". Платов остался с обидою и лег дома на досадную укушетку, да так все и лежал да покуривал".

В чем-то "Сказ о тульском косом Левше" похож на рассказы Зощенко. Та же самая как бы народная, но где-то пародийная речь, то же самое обыгрывание по виду не комичных, но в трактовке авторов очень смешных подробностей.

Например, передача блохи государыне заняла в изложении Лескова одну строчку, где царица оказалась смешной позер-шей:

"Императрица Елисавета Алексеевна посмотрела блохины верояции и усмехнулась, но заниматься ею не стала.

— Мое, — говорит, — теперь дело вдовье, и мне никакие забавы не обольстительны".

Новый монарх, Николай, очевидно симпатичен автору, в отличие от Александра Павловича, преклонявшегося перед иностранцами. И рассказ о нем, не теряя юмористического звучания, приобретает почтительность:

"Государь Николай Павлович ни о чем не забывал, и чуть Платов насчет междоусобных разговоров кончил, он его в данный момент же и спрашивает:

— А что же, как мои тульские мастера против аглицкой нимфозории себя оправдали?

Платов отвечал в том роде, как ему дело казалось.

— Нимфозория, — говорит, — ваше величество, все в том же пространстве, и я ее назад привез, а тульские мастера ничего удивительнее сделать не могли.

Государь ответил:

— Ты — старик мужественный, а этого, что ты мне докладываешь, быть не может.

Платов стал его уверять и рассказал, как все дело было, и как досказал до того, что туляки просили его блоху государю показать, Николай Павлович его по плечу хлопнул и говорит:

— Подавай сюда. Я знаю, что мои меня не могут обманывать. Тут что-нибудь сверх понятия сделано".

Ну а дальше действо развивается по известному сценарию. Левша, который "мельче этих подковок работал: гвоздики выковывал, которыми подковки забиты", направлен за рубеж, там он спокойно отказывается от предложений остаться насовсем, наивно поясняя любовь к родине привычками и ос тавшимися родственниками. При осмотре оружейных заводов он обращает особое внимательность на уход англичан за оружием — там дульные каналы не чистят, как в России, кирпичной крошкой. Это важная военная инфа, и Левша стремится домой. Потом пьянка с моряком ("Началось у них пари ещё в Тверди-земном море, и пили они до рижского Динаминде, но шли все наравне и товарищ другу не уступали и до того аккуратно равнялись, что когда один, глянув в море, увидал, как из воды черт лезет, так в данный момент то же самое и другому объявилось. Только подшкипер видит черта рыжего, а Левша говорит, будто он темен, как мурин"), больница...

И уже перед смертью мастеровой просит: "Скажите государю, что у англичан ружья кирпичом не чистят: пусть чтобы и у нас не чистили, а то, храни Бог войны, они стрелять не годятся". Не сказали, не сочли нужным. "А доведи они Левшины слова в свое пора до государя, — в Крыму на войне с неприятелем совсем бы прочий оборот был".

В 12-й главе автор как бы резюмирует рассказанное. И стоит привести его "резюме" хоть частично, потому что лучше уже не скажешь: "Таких мастеров, как баснословный Левша, теперь, разумеется, уже нет в Туле: машины сравняли неравенство талантов и дарований, и гений не рвется в борьбе против прилежания и аккуратности." Благоприятствуя возвышению заработка, машины не благоприятствуют артистической удали, которая изредка превосходила меру, вдохновляя народную фантазию к сочинению подобных нынешней баснословных легенд. Работники, конечно, умеют ценить выгоды, доставляемые им практическими приспособлениями механической науки, но о прежней старине они вспоминают с гордостью и любовью. Это их эпос, и притом с очень "человечкиной душою".

Да, "гений не рвется в борьбе", а "машины не благоприятствуют артистической да>!и". И нынешнее поколение не способно пока порождать мастеров с "человечкиной душой". Остается надеяться, что мы научимся "не чистить свои ружья кирпичом" и не склоняться перед западным ширпотребом.

Время показало, что сам художник поднялся на эту высшую ступень творчества, так как оно не только не обесценило роль ярких и мудрых книг Лескова, а, напротив, высветило их глубины. На расстоянии длиной в столетие яснее видится "гармонически-целостное сочетание" художества и мысли, той самой, в которой так длительно отказывали Лескову. И творческое наследие классика становится все необходимее нам, современникам нового века.


Посмотрите другие сочинения:



Помогло ли Вам это сочинение?
Оставьте комментарий.