WWWREFERATS.NET - Рефератов НЕТ! Но есть СОЧИНЕНИЯ!

Аа

Абрамов Ф.Б.
Айтматов Ч.
Ахматова А.
Андреев Л.
Астафьев В.П.
Бб

Бабель И.Э.
Байрон Д.
Бальзак O.
Батюшков К.Н.
Бажов П.П.
Бернс Р.
Блок А.А.
Бондарев Ю.В.
Бродский И.А.
Булгаков М.А.
Бунин И.А.
Быков В.
Вв

Вампилов А.В
Васильев Б.Л.
Воробьев К.Д.
Вознесенский А.А.
Высоцкий В.С.
Гг

Гёте И. В.
Гоголь Н.В.
Гончаров И.А.
Горький М.
Грибоедов А.С
Грин А.
Гроссман В
Гумилев Н.С.
Дд

Державин Г.Р.
Достоевский Ф.М.
Ее

Есенин С.А.
Жж

Жуковский В.А.
Зз

Заболотский Н.А.
Замятин Е.И.
Кк

Карамзин Н.М.
Крылов И.А.
Куприн А.И.
Лл

Лермонтов М.Ю.
Лесков Н.С.
Ломоносов М.В.
Мм

Маяковский В.В.
Мендельштам О.Э.
Нн

Некрасов Н.А.
Оо

Островский А.Н.
Пп

Пастернак Б.Л.
Паустовский К.Г.
Платонов А.П.
Пришвин M.M.
Пушкин А.С.
Рр

Распутин B.
Рубцов Р.М.
Сс

Салтыков
Тт

Тютчев Ф.И.
Тютчев и Фет
Толстой А.Н.
Толстой
Тургенев И.С.
Твардовский A.T.
Фф

Фадеев A.A.
Фонвизин Д.И.
Разное

Разные сочинения
Цц

Цветаева M.И.
Чч

Чехов А.П.
Чернышевский Н.Г.
Шш

Шолохов М.А.
Шукшин В.М.







Лирика истории - о поэзии О.Мандельштама

Категория: Мендельштам О.Э.

В письме Мандельштама к Тынянову есть слова: "Вот уже четверть века, как я, мешая важное с пустяками, наплываю на русскую поэзию, но вскоре стихи мои сольются с ней, кое-что изменив в ее строении и составе".

Ничего не скажешь — все исполнилось, все сбылось. Словно алмаз на стекле, словно резцом по камню ман-дельштамовское слово преодолело материю времени и стало культурой. О себе Мандельштам говорил так: "Мы — смысловики". Его стихи плотны и тягучи, и зрение теряет опору среди шальных образов. Хочется читать, а не понимать. Хочется верить в чистоту поэтического мышления и бессмысленность слова.



Золотистого меда струя из бутылки текла

Так тягуче и продолжительно, что молвить хозяйка успела:

- Здесь, в печальной Тавриде, куда нас судьба занесла,

Мы совсем не скучаем, — и через плечо поглядела.



Всюду Бахуса службы, как будто на свете одни Сторожа и собаки, — идешь, никого не заметишь. Как тяжелые бочки, спокойные катятся дни. Далеко в шалаше голоса — не поймешь, не ответишь.

Но, прочитав это один, два, три раза, вдруг понимаешь, что тебя обманули. Что все в стихах: и "блаженные слова: Ленор, Соломинка, Лигейя, Серафита", и прозрачная весна Петрополя, и голубоглазый пунш зимы, и тысяча бочек остальной манделынтаммовской мишуры — все связано и пронизано насквозь мыслями поэта. Просто он так думает. У него так устроена башка. Он такой человек. Он часто бывает оскорбительно культурен. И тогда его стихи приходится читать на русском языке со словарем. Так происходит познание мира. Поэт отворяет окна, и вид из них восхищает. Любой предмет из инвентаря бытия дает ему повод рассуждать, строить бесконечные цепочки ассоциаций. Так Феодосия напоминает ему о Венеции, где поэт, хотя вообще-то, никогда не был, ласточка о Психее-жизни, а "власть отвратительна, как руки брадобрея".

Мандельштам ощущает и мыслит немыслимое и неощущаемое, а как раз единство и плотность мира в его истории. Все досягаемы, все близко, — открой душу и протяни руку.



О, если бы вернуть и зрячих пальцев стыд,

И выпуклую радость узнаванья.

Я так боюсь рыданья Аонид,

Тумана, звона и зиянья.

А смертным верх дана любить и узнавать,

Для них и звук в персты прольется,

Но я забыл, что я хочу сообщить,

И мысль бесплотная в чертог теней вернется.



Озабоченность Поэта назначением культуры и истории приводит его к мысли о прозрачности их смыслов. Всякое событие, расположенное в истории или культуре, доступно. Мандельштам свободно использует предметы и образы различных эпох и цивилизаций для оформления собственных идей. Иногда ему представляется, что он не волен в своем творчестве, что он поет чужие стихи:



И не одно сокровище, быть может,

Минуя внуков, к правнукам уйдет,

И снова скальд чужую песню сложит

И как свою ее произнесет.



Поэзия Мандельштама напоминает колдовской фонарь, посредством которого оживают, начинают передвигаться и дышать образы истории. Он — подлинный певец цивилизации. Даже природа в его стихах обретает урбанизированные формы, приобретая при этом некое дополнительное, имперское величие:



Природа — тот же Рим и отразилась в нем.

Мы видим образы его гражданской мощи

В прозрачном воздухе, как в цирке голубом,

На форуме полей и в колоннаде рощи.



Одно дополняет и оттеняет другое. Природа, растворяясь в истории, создает в ней новые орнаменты и символы. А человек читает их, пролистывает, забывает и вспоминает, играет в них, как ребенок в свои игрушки. "Не город Рим живет среди веков, / А место человека во вселенной". Рим для поэта вершина и средоточие цивилизации. Он — среда обитания, место и смысл человека. Он — один из центральных символов в поэзии Мандельштама. Его черты имеют и Петербург-Петрополь, и Феодосия, и Москва. Он — особое состояние души, не сам мир, но только взгляд на него, окрашенный мрачноватыми и величественными тонами. Мандельштам в своей поэзии никогда не опускался до пафоса. Его муза звучит торжественно и чеканно и никогда — пафосно. Инстинкт певца не позволял ему сфальшивить ни в одном стихотворении.



Сестры тяжесть и нежность, одинаковы ваши приметы.

Медуница и осы тяжелую розу сосут.

Человек умирает. Песок остывает согретый,

И вчерашнее солнце на черных носилках несут.



Что на самом деле отличает Мандельштама от всесветного образа поэта XX века, так это беспримерный подвиг осмысления истории и цивилизации как единого бесконечного, но спрессованного страшным давлением интеллекта, процесса. Поэтому Мандельштама так заманчиво понимать — и так трудно толковать. Вот как поясняет это Арсений Тарковский:



Там в стихах пейзажей мало,

Только бестолочь вокзала

И театра кутерьма,

Только люди как попало,

Рынок, очередь, тюрьма.

Жизнь, должно быть, наболтала,

Наплела судьба сама.


Посмотрите другие сочинения:



Помогло ли Вам это сочинение?
Оставьте комментарий.