WWWREFERATS.NET - Рефератов НЕТ! Но есть СОЧИНЕНИЯ!

Аа

Абрамов Ф.Б.
Айтматов Ч.
Ахматова А.
Андреев Л.
Астафьев В.П.
Бб

Бабель И.Э.
Байрон Д.
Бальзак O.
Батюшков К.Н.
Бажов П.П.
Бернс Р.
Блок А.А.
Бондарев Ю.В.
Бродский И.А.
Булгаков М.А.
Бунин И.А.
Быков В.
Вв

Вампилов А.В
Васильев Б.Л.
Воробьев К.Д.
Вознесенский А.А.
Высоцкий В.С.
Гг

Гёте И. В.
Гоголь Н.В.
Гончаров И.А.
Горький М.
Грибоедов А.С
Грин А.
Гроссман В
Гумилев Н.С.
Дд

Державин Г.Р.
Достоевский Ф.М.
Ее

Есенин С.А.
Жж

Жуковский В.А.
Зз

Заболотский Н.А.
Замятин Е.И.
Кк

Карамзин Н.М.
Крылов И.А.
Куприн А.И.
Лл

Лермонтов М.Ю.
Лесков Н.С.
Ломоносов М.В.
Мм

Маяковский В.В.
Мендельштам О.Э.
Нн

Некрасов Н.А.
Оо

Островский А.Н.
Пп

Пастернак Б.Л.
Паустовский К.Г.
Платонов А.П.
Пришвин M.M.
Пушкин А.С.
Рр

Распутин B.
Рубцов Р.М.
Сс

Салтыков
Тт

Тютчев Ф.И.
Тютчев и Фет
Толстой А.Н.
Толстой
Тургенев И.С.
Твардовский A.T.
Фф

Фадеев A.A.
Фонвизин Д.И.
Разное

Разные сочинения
Цц

Цветаева M.И.
Чч

Чехов А.П.
Чернышевский Н.Г.
Шш

Шолохов М.А.
Шукшин В.М.







Короленко В.Г. Без языка. Краткое содержание - сочинение


Сочинение на тему : Короленко В.Г. Произведение "Без языка"

Волынская губерния — сторона спокойная, тихая, немного более того сонная. Городок Хлебно напоминает поселок, а рядом село Лозищи и все обитатели в нем — Лозинские, поэтому у многих прозвища — звери, птицы, возница, колесо. Ходили слухи, что были лозищане "реестровыми казаками", за что-то пожалованные дворянством. Но теперь обитатели закопали в землю свои при-вилегии и жили ни мещанами, ни мужиками, говорили по-малоросски, но с волынским говором с примесью русских и польских слов, исповедовали греко-униатскую веру, а далее были причислены к православию. Они чище крестьян, все сплошь грамотные, про них говорили — гордецы. Вспоминая о прошлом, лозищане недовольны настоящим.
Осипу Лозинскому жилось плохо: земли мало, аренда тяжелая, хозяйство бедное. Он женат, но детей ещё нет. Подумав, что детям придется сложнее, Осип "взял ноги за пояс и пошел искать счастье". Он оказался одним из немногих, кто не пропал и отыскался, "видно, был человеком с головой"... Через год или два после его ухода в Лозищи пришло письмо с большой рыжей маркой, какой и не видывали в этом месте. Письмо перечитали многие: писарь, учитель, священник, пока, наконец, оно не попало адресату: Катерине Лозинской, жене Иосифа Оглобли, в Лозищах. Письмо пришло из Америки, из губернии Миннесота. В нем сообщалось, что Осип не пропал, работает в "фарме", но вскоре надеется сам стать хозяином. Впрочем, в Америке и работнику лучше, чем "иному хозяину в Лозищах. Свобода в этой стране большая. Земли много, коровы тучные, лошади, как быки. Людей с головой и руками уважают и ценят". Лозинский уже участвовал в выборах президента страны... Только скучно ему без жены, поэтому накопил он денежки на билет, который и посылает в письме. По этому билету повезут Катерину бесплатно по всем землям, стоит ей достичь до немецкого города Гамбурга. Читая письмо, люди понимали, заплачено за билет Лозинским немало финансов, а это значит не пропал он, а отыскал свою долю. Писарь продолжительно раздумывал, прежде чем отдать Катерине письмо с билетом. Хотел сам употребить, но билет был именной, дамский.Хотел сам употребить, но билет был именной, дамский.
Взяв письмо, Катерина расплакалась, "и от радости тоже плачут". Женщина боялась отправляться в неизвестность. Она упала в обморок, поэтому пришлось брату "Матвею Лозинскому, по прозванию Дышло, нести ее на руках в ее хату". О жизни в Америке по деревне ходили разные слухи и, казалось, не останется обитателей, все кинутся за счастьем. Но поговорили и забыли, кроме двоих: брата Катерины Матвея и его друга Ивана Лозинского Дымы. Узнав о их планах, люди смеялись: "Да где же тебе, Матвей, в такую даль забираться? Ты глуп, а Иван слаб. Да вас там в Америке гуси затопчут". Но Дышло решил от сестры не отставать. "Так и поехали втроем в дальнюю дорогу..." Долго они путешествовали, наконец прибыли в Гамбург и сразу пошли на пристань, там толчея, не пробиться. Маленький катерок перевозит пассажиров с пристани на океанский пароход. Лозищане сразу сообразили, что он отправляется в Америку. Дышло всех растолкал, пробились к сходням. Катерину пропустили по билету, а мужчин задержали, хотя они совали денежки — не бесплатно собирались ехать. Катерина перебралась на пароход, вскоре он уплыл. Лозищане опешили, никак не могли взять в толк, что им совершать. Контролер, задержавший их на пристани, пригласил пить "шнапс", только это и поняли из его непонятного лепета. В кабаке бедолаги встретили земляка, объяснившего, что надо было купить билет. Через неделю отправляется ещё один пароход с эмигрантами в Америку, будет пароход и раньше, но билеты на него дороже. Дышло хочет нагнать сестру, поэтому решает взять билеты именно на тот самый пароход. На следующий день они отплыли из Гамбурга.
Плавание по морю поразило лозищан. Они в первый раз видели необъятный океан, вызывающий необычные философские мысли о вечности природы, ее гармонии, ничтожности человека в этом бесконечном мире. Конечно, Дышло не мыслил так стройно, он смутно осознавал страх перед глубиной океана. Ему казалось, что кто-то незримый и великий наблюдает за людьми, распоряжаясь их судьбами. Вшторм Дыма страдал от морской болезни, а когда море успокоилось, стал общаться с другими эмигрантами, пытаясь узнать, что такое "большая свобода в Америке".В шторм Дыма страдал от морской болезни, а когда море успокоилось, стал общаться с другими эмигрантами, пытаясь узнать, что такое "большая свобода в Америке". Знающие люди объяснили, — это огромная женская статуя с факелом в руке. Но лозищанам не понравилось такое объяснение, они чувствуют иной смысл этого слова.

В седьмой день путешествия на море пал сильный туман. Пароход еле-еле двигался, подавая сигналы.'В это час на корабле умер пассажир. Его завернули в саван и похоронили в морской пучине. О нем несладко плакала молодая барышня, оставшаяся сиротой. В тумане пароход еле-еле не столкнулся с айсбергом. Матвей никогда не видел такую махину льда. Позже Лозинский Дышло опять столкнулся с плачущей девушкой. Он стал ее утешать. Дать ее умерла ещё на родине, отец — на пароходе. Сирота страшится неизвестности, ожидающей ее в незнакомой стране. Матвей решает, если найдет свою долю в далекой Америке, "это будет и твоя доля, малютка".

На двенадцатый день путешествия лозищане увидели пассажиров, стол-1ИВШИХСЯ на носу судна, очевидно, берег недалеко. Через некоторое час _тал проступать маяк. И наши путешественники явственно увидели: "...стояла огромная фигура женщины с поднятым в руке факелом", вскоре показались и высокие дома. Пароход вошел в порт, но пассажиров не ссаживали. Ночь они провели на пароходе. Только на следующий день небольшой катерок подтягивал и толкал его к пристани. Плавание закончилось, но нашим путешественникам боязно покидать привычную палубу. Они робко сошли по трапу, барышня жалась рядом.

Путешественники очень обрадовались, когда на пристали увидели "соотечественника": "Жид! А ей же Богу, пусть меня разобьет ясным громом, если это не жид! — первым увидел Дыма, указывая на какого-то господина. Обрадовались этому человеку, как родному. Да и жид, заметив белые свитки и барашковые шапки, тотчас подошел и поздоровался. Он оказался "господином Борком". У него подходящее помещение для приехавших и для барышни "особо". Он окликнул сына, взявшего у девушки "узелок, и вся процессия двинулась по улице".Он окликнул сына, взявшего у девушки "узелок, и вся процессия двинулась по улице". Анна очень испугалась, когда над ее головой пронесся поезд. Приезжие "посмотрели с разинутыми ртами, как поезд прогнулся в воздухе змеей, повернул за угол, чуть не задевая за окна домов, и полетел опять по воздуху дальше, то прямо, то извиваясь...". Наши путешественники шли и шептали молитвы, а за ними увязались какие-то черные дьяволята, швыряющиеся кожурой неизвестного фрукта (банановой кожурой). Дыма предложил позвать полицию, но Борк отговорил, в этом месте не принято по каждому поводу беспокоить полицейских. Мальчишки веко-ре отстали. Борк пригласил подняться по лестнице, ведущей к платформе того самого поезда, который недавно пронесся над их головами и так напугал. Дыма наотрез отказался шагать в "летающий поезд", только страх остаться в одиночестве заставил его подняться за остальными на платформу. Оказалось, путешествовать в поезде не страшно.

Вскоре они разместились у мистера Борка в десятиместной просторной комнате. Анна поселилась с дочерью хозяина Розой.

Дыма удивительно быстро приспосабливался к местным порядкам. Матвея же тяготит чужбина. Разговор с соотечественницей "строгой барыней" усугубляет это настроение. Она пришла нанимать Анну себе в прислуги, но пока ушла ни с чем. Лозищане написали письмо Осипу, надеясь на его помощь. Пока живут у Борка, удивляясь необычности порядков и нравов "нового света". Дыма уговаривает Матвея биться с ирландцем на денежки. Но Лозинский Дышло не соглашается, он не привык пользоваться своей силой, а тем более ее продавать. Матвея удивляет, что евреи в Америке не чтут "святую субботу" так, как это делали в РФ. Борк объясняет это новыми обстоятельствами: необходимостью работать: ни одному хозяину не понравятся прогулы работника более того по религиозным соображениям. Борк объяснил, что религия приспосабливается к новым условиям, давая послабления, чтобы не отпугнуть верующих от церкви. Матвею это непонятно и не по нраву. На предложение Борка постричься Матвей сердится. Он хочет сохранить свой вид независимо от места проживания.Он хочет сохранить свой вид независимо от места проживания. Стрижку и смену одежды он воспринимает как отказ от вековых традиций предков, родины, религии.

Лозищане мечтают о лучшей жизни в некоей фантастической деревне со счастливыми жителями. Ночью Матвей видит сон: будто некто кричит: "Глупые люди, бедные, темные люди. Нет такой деревни..." Прежние приятели умерли. Тебя мать родная не признает, когда предстанешь перед ней... и внуки ее будут американцы... Матвей в ужасе проснулся. Его настроение ещё больше испортилось, когда увидел постригшегося Дыму, похожего теперь на американского бродягу. Дыма обиженно рассказал Матвею, что в этом месте любят биться, боксировать за денежки. Он поспорил, что Матвей самый сильный и легко одолеет соседа-ирландца. В это час Анна и дочка Борка Роза вспоминали о своих семьях. Анна боялась рассказать, что ее брат участвовал в еврейском погроме, и за это посажен в тюрьму. Позже она обрадовалась, что сдержалась, не разоткровенничалась. Мать Розы умерла после еврейского погрома, напугавшись происшедшего. Поговорив и помолившись, девушки легли спать.

С этого времени у Дымы стал резко портиться характер, он связался с американцами, водил с ними фирму, выясняя, как можно получить на жизнь. Вскоре он предложил Матвею продать свои голоса на выборах мэра. Матвей наотрез отказался, Дыма окончательно отдалился от приятеля. Без языка
страница 2
Письма от Осипа все не было, Матвей скучал, сидя дома за чтением Библии. Опять Дыма завел разговор о боксе. Борк поддержал его: американцы любят бои, делая крупные ставки на сражающихся. Матвей обругал их лодырями и отказался биться. Дыма продолжал общаться со своими новыми приятелями "американцами". Однажды Дыма подошел к сидящему Матвею и попросил его подраться с ирландцем. Матвей степенно отказался. Ирландец погасил газовый рожок, мешая Матвею читать. Лозинский двинул его локтем, чтобы не мешался. Ирландец упал, но потом опять полез в драку. Матвей встал, сгреб Падди за волосы, зажал его голову между колен и несколько раз шлепнул очень громко по мягкому месту.Матвей встал, сгреб Падди за волосы, зажал его голову между колен и несколько раз шлепнул очень громко по мягкому месту. Все случилось молниеносно. Многочисленные свидетели происшедшего покатывались со смеху. Дыма сам смеялся, а потом выговаривал Матвею: "Хорошо, нечего сказать: биться, точно медведь у берлоги... Это стыд перед образованными людьми". Матвей спокойно продолжал читать. Ирландец не успокоился, он подошел к Матвею, и когда тот встал, дернул лозищанина за ноги. Матвей с грохотом упал на пол. Он пришел в агрессия, ирландцу был бы конец, если б не подскочившая Анна, успокоившая Матвея. Ирландцы еле-еле унялись, видя гнев Матвея.

Ночью Дыма рассказал, это называется "индейская штучка". Матвей опять рассердился, проклиная всех новоявленных приятелей Дымы. Те повскакивали с кроватей, боясь продолжения гнева Лозинского. Но Дыма успокоил их, Матвей не причинит им зла.

"Матвей привык уважать себя", ему тяжело запамятовать поступок Падди, так унизившего его. Ночью Матвею приснилось, будто Падди подошел к нему, а Матвей не мог шевельнуться, защититься. Мелькало испуганно лицо Анны. Потом приснилась свадьба сына Борка Джона и Анны. Матвей во сне скрежетал зубами, чем привел в ужас более того Дыму. Утром, когда почти все разошлись, Матвей поднялся в комнаты Анны и Розы и сказал, здешние порядки напоминают ему историю Содома и Гоморры. И если б он мог, то с котомкой ушел бы на родину, но по морю не пойдешь. Он решил отвести Анну к строгой барыне, приходившей к Борку. Соотечественница не обидит сироту, пока Матвей не заработает финансов на обратную дорогу. Анна покорилась воле Матвея, хотя Роза отговаривала шагать к барыне: она мало платит и заставляет много работать. Матвея это не остановило.

Джон отвел Матвея и Анну к даме, где шел длительный нравоучительный разговор, пока молодой Борк не рассердился, и не ушел. Матвей кинулся следом, не обратив внимания на номер дома. Не знал он и адреса Борка...

Матвей кинулся догонять Джона, обознался, запутался в одинаковых домах и совсем растерялся. Джона "зазрила совесть", он вернулся за Матвеем, но того и след простыл.Джона "зазрила совесть", он вернулся за Матвеем, но того и след простыл. Джон кидался во все стороны, но безрезультатно. Поздно вечером Анна расплакалась, представив, что навсегда потерялаМатвея. У Борка тоже допоздна не спали, обсуждая исчезновение Матвея. Весь день Джон и Дыма бегали по городу в тщетных поисках лозищанина. Ночью Дыма не раз плакал.

На несколько дней Матвей стал "самым знаменитым человеком Нью-Йорка", но об этом позже.
Осознав, что он потерялся, Матвей купил хлеба, напился прямо из фонтана и стоял, раздумывая, что совершать дальше. Тут его увидел репортер и на любой случай сделал зарисовку необычного человека. Увидя подошедшего полицейского, Матвей сбежал. Он побоялся попасть в кутузку — паспорт остался у Борка.

Чистильщик сапог зазвал Матвея, подумавшего, что это знакомый Борка. Позже Матвей понял свою ошибку и рассердился: "Собака ты, черная собака... Человек на тебя понадеялся, как на брата... как на родного отца..."

Матвей плутал по городу весь день. Он более того вышел к зданию, где собирались эмигранты, и если бы подошел поближе, то увидел свою сестру Катерину с Осипом, идущих встречать очередной пароход в надежде увидеть Матвея и Дыму. Но Матвей не знал этого и пошел налево. Блуждая по улицам и мостам, он вышел к заливу, задремал у воды.

Проснувшись, Матвей поспешил к вагону канатной дороги, призывно звонившему в ночи. Матвею хотелось бесконечно ехать, но кондуктор выпроводил его у парка. Лозинский искал укромный уголок, отдохнуть от бесплодных скитаний, но звук сторожа спугнул его.

Наконец Матвей прилег в траве у фонтана. Он уже задремал, "как вдруг кусты раздвинулись, и какой-то человек остановился над ним, заглядывая в его ночное убежище". Человек стал что-то спрашивать, но Матвей не понял его. Лощинский обозлился, неужели не дадут и тут покоя. Горемыка отошел, шаги его затихли. Матвею вдруг захотелось вернуть бедолагу, но тот, вероятно, ничего не поймет. Рано утром Матвей увидел своего "ночного гостя" повесившимся на дереве. Он кинулся помочь, но человек былмертв.Он кинулся помочь, но человек был мертв. Матвей поспешил прочь.

В это утро безработные Нью-Йорка решили устроить митинг. Его назначили пораньше, чтобы обратить чуткость большинства, спешащих на работу. Репортер, посланный освещать события, одним из первых увидел Матвея, отметив: "Первым явился какой-то дикарь в фантастическом костюме...", а далее висящее в чаще тело. Репортер кинулся помочь несчастному, но, поняв, что поздно, решил запечатлеть его для газеты. Это вызовет сенсацию, газета будет довольна. Постепенно парк наполнился людьми. Они собирались близ "несчастного", полиции все не было. Прибыл и Чарльз Гомперс — популярный оратор рабочего союза. Он отдал дань несчастному, "изнемогшему от трудной борьбы". Матвей ничего не понимал, но чувствовал родственную связь с собравшимися. Он приближался к оратору. Бог весь, что бы он сделал, но его неудержимо несло к платформе, на которой пламенно выступал Гомперс.

Неизвестно, что случилось бы, доберись Матвей к цели, но на его пути встал полицейский Гопкинс, вчера уже виденный Матвеем у фонтана. Лозинский захотел взять его руку и поцеловать, Гопкинс отскочил и ударил Матвея по голове клобом (дубинкой). Кровь потекла по лицу Лозинского, глаза его стали дикими, страшнее, чем в комнате Борка, когда его свалили с ног. "В этом ударе для него вдруг сосредоточилось все то, что пережил, перечувствовал, перестрадал за это час, вся ненависть и гнев бродяги, которого, наконец, затравили, как дикого зверя..." Матвей смял полицейского, на помощь кинулись другие стражи порядка, но "через несколько секунд огромный человек, в невиданной одежде, лохматый и свирепый, один опрокинул ближайшую цепь полицейских города Нью-Йорка". Лозинскому на помощь кинулись итальянцы, и вскоре толпа вырвалась на площадь. Организаторы решили, что митинг сорван, и удалились, как и пришли, под звуки наемного духового оркестра.

Несколько дней газеты Нью-Йорка, благодаря Лозинскому, работали чрезвычайно бойко. Они опубликовали объявление:
Дикарь в Нью-Йорке:
Происшествие на митинге безработных.Они опубликовали объявление:
Дикарь в Нью-Йорке:
Происшествие на митинге безработных.
Кафр, патагонец или славянин?
Сильнее полисмена Гопкинса.
Угроза цивилизации.
Оскорбление законов этой страны!
Мы дадим портрет дикаря, убившего полисмена Гопкинса.
Дыма увидел это на огромном экране. Газеты сообщали новые подробности: сначала Гопкинс тщетно объяснял дикарю неуместность купания детей в фонтане... Но дикари свирепы и мстительны... Полицейский стал жертвой задолженности в городском парке. Другая газета отмечала хорошую организацию митинга, если бы не итальянцы, евреи, русские, вспыхнувшие, как порох, ведомые дикарем. Сенатор Робинзон поделился с газетой своими впечатлениями на тот самый счет. Он обвинил во всем оратора, поднявшего толпу на беспорядки. В следующем номере выступил Гомперс, обвинивший полицию в несдержанности. Он считает пострадавшим себя, бунтующие сорвали митинг. Он не подстрекал никого к таким решительным действиям. Теперь он намерен начать процесс в суде штата о неприкосновенности собраний. Газеты ещё несколько дней пошумели об этом событии, выясняя национальность "дикаря", и отвлеклись на другие "горячие новости".

В доме старой дамы № 1235, где служила Анна, все шло своим чередом. Матвей как в воду канул, Джон и Дыма не появлялись. Анна тихонько вздыхала, вспоминая обещание Матвея: "Моя доля будет и твоя доля, малютка". Вскоре хозяйка принесла ворох газет и рассказала о происшествиив городском парке. Она ругала Матвея, первоначально понравившегося даме своей степенностью. Анна объяснила, Матвей хотел поцеловать руку полицейского. Барыня не поверила: "Хотел поцеловать?., и убил?" Она заключила, если Матвея поймают, его повесят. Анна ходила в церковь мимо жилища Борка. В одно из воскресений зашла посоветоваться с Дымой и Розой о происшедшем. От хозяина она узнала, что письмо наконец дошло, за Дымой приехали из Миннесоты. Газеты перестали писать о митинге в городском парке, полицейский выздоровел. Теперь только Дыма да Лозинские думали, как разыскать Матвея.

Сам же виновник происшествия в день известного митинга под вечер уехал на экстренном поезде на Детройт.Сам же виновник происшествия в день известного митинга под вечер уехал на экстренном поезде на Детройт...
Как только Матвей свалил полицейского и толпа выскочила на площадь, стало ясно: больше ничего не будет. Молодые итальянцы подхватили Матвея и вывели его длинными переходами с площади. Они стали расспрашивать его, но ничего не поняв, кроме слова "Миннесота", решили переодеть "странного незнакомца" и отправить на поезде в штат Миннесота, подальше от Нью-Йорка. Матвей сначала сопротивлялся, но ему показали жестом петлю кругом шеи, и он смирился. Его переодели, постригли, отвезли на вокзал, дав с собой корзину с едой и вином. Деньги на билет у Матвея были. Сев в вагон, Матвей заснул, сморенный бурными событиями прошедших суток.

Матвей спал почти всю дорогу, час от времени просыпаясь и бессмысленно глядя по сторонам. На одной из станций в вагон, в котором ехал Матвей, вошел новый пассажир. Это был худощавый старик с проницательным взглядом. Он был одет "совсем оборванцем", но держался уверенно. Остальные пассажиры относились к нему довольно почтительно. Вскоре Матвей опять заснул.

Но сны порой приходят не своевременно, Матвей проспал массу интересного, он мог бы избежать многих неприятностей, если бы бодрствовал. На промежуточной станции вошел молодой человек, положил узелок на полку над головой Матвея, чутко разглядывая лозищанина. Матвей тоже открыл глаза, но потом откинулся на полку и уснул. Молодой человек поздоровался со "странным пассажиром", оказавшимся судьей Дикинсом. Они разговорились о Матвее, заинтересовавшем обоих джентльменов. Судья называет молодого человека "мистером Ниловым". Дикинсон вспомнил недавнюю газетную шумиху о "кусающемся дикаре", вероятно, выходце из РФ. Нилов довольно холодно ответил, что русские не имеют привычки кусаться, это выдумка газетчиков. Нилов довольно хорошо знает своих соотечественников, чтобы это утверждать. В его стране, к сожалению, люди ещё кланяются слишком низко. И вот на приветствие последовал сильный удар дубинкой. Кто же это вытерпит? Дикинсон ответил, что молодой человек смог бы отлично работать адвокатом.Кто же это вытерпит? Дикинсон ответил, что молодой человек смог бы отлично работать адвокатом. На очередное предложение судьи поменять работу Нилов отказался, он вышел на станции и двинулся к лесопилке, на которой был простым рабочим. Оставшиеся в вагоне посудачили о Нилове, а потом судья заметил, что на душе у спящего довольно неспокойно.

Наконец приехали в Дэбльтоун, кондуктор разбудил Матвея, объясняя жестами, что пора вылезать. Судья на платформе поговорил с полицейским, обязав его следить за подозрительным господином. Матвей вышел из ваго-1 на, сел на скамью и просидел до утра, ему некуда было шагать, он не может объяснить свои намерения.
К утру появился человек, утверждающий, что приезжий — не кто иной, как "дикарь", убивший полицейского в Нью-Йорке. Приезжий требовал от судьи арестовать "дикаря". Дикинсон дал телеграмму Нилову и лег спать, уверенный, что у полиции Дэбльтоуна надежный помощник.

Полицейский Джон Келли, карауливший Матвея, утром доложил судье, незнакомец сидит на прежнем месте, как побитая собака, кругом собираются обитатели городка. Когда полицейский подошел поближе, "незнакомец потянулся к руке Джона и хотел ее укусить", — утверждал Келли. Из толпы вызвали женщину, отец которой был поляком. Она же помнила лишь слова песни: "Наша мат-ка... куропат-ка... // Рада бить дет-ей..." Матвей вздрогнул, услышав звук родной речи. Он бросился к женщине, но его путь преградил полицейский. Матвей бессильно схватился за ручку скамейки. У него был затравленный вид. Перед глазами вдруг встала картина корабля, на котором он прибыл в Америку, и похорон отца Анны. Матвея испугал мираж. Протерев глаза кулаком, он увидел, как полицейский скалится над рукой судьи, пытаясь ее укусить. Матвею стала понятна реакция американцев. Он крикнул: "Неправда!" — и кинулся к судье объяснить свой посту- . пок. Всех, стоящих на пути, Лозинский раскидал, неизвестно, что бы случилось, не появись Нилов. Он доброжелательно спросил: "Эй, земляк! Что это вы тут натворили?" Матвей бросился к руке новоприбывшего, стал целовать ее, рыдая, как ребенок.Он доброжелательно спросил: "Эй, земляк! Что это вы тут натворили?" Матвей бросился к руке новоприбывшего, стал целовать ее, рыдая, как ребенок. Вскоре все выяснилось. Судья был горд своей "великой миссией" в решении загадки "дикаря".

На следующий день газета города Дэбльтоуна вышла с портретом "мистера Метью" (Матвея). Отныне раскрыт секрет необычного поведения незнакомца. Описывалась личность Матвея, он характеризовался прекрасным кротким человеком — узнав, что полицейский Гопкинс жив и здоров, Матвей, по утверждению газеты, был счастлив. Жест, понятый Гопкинсом неправильно, был выражением покорности и почтения. После благополучно закончившегося разбирательства Нилов отвел Матвея к себе на квартиру.

Матвей проспал целые сутки. Придя с работы, Нилов покормил гостя, Лозинский же чувствовал некоторую неловкость перед "барином Ниловым". На следующий день Евгений предложил Матвею работу на лесопилке. Лозинский согласился. Матвей работал усердно, вскоре он обнаружил, что за вычетом еды и платы за квартиру у него остается довольно финансов, которые он решает копить для возвращения на родину. Нилов отговаривает Матвея от этой бессмысленной затеи. В Америке Матвей может осуществить свои мечты о хозяйстве, доме, детях. "Все это вы можете найти здесь! Зачем же вам уезжать?" Молодой человек спросил Лозинского, узнал литот его? Да, Матвей вспомнил своего бывшего барина, отдавшего лозищанам спорные земли после смерти отца. Евгений благодарен Америке, в этом месте "бывшие враги" встретились друзьями, как братья. "За это одно я буду благодарен этой стране". Нилов рассказал, что он возвращался в Россию и уезжал опять. Там ему не хватало свободы, а в этом месте — родины.

Несколько пообвыкнув, выучив язык, Матвей перешел работать на ферму к немцу, ценящему его силу. Матвей научился работать на машинах. Через год Нилов устроил его инструктором в-еврейскую колонию. Нью-йоркские газеты мало печатали о событиях, происшедших в Дэбльтоуне, поэтому ни Дыма, ни Анна ничего не знали о Матвее. Живя в колонии, Матвей очень изменился. Со временем он стал часто припоминать Анну и обещание, данное ей. Черездва года он приехал за девушкой.Через два года он приехал за девушкой. В первый момент Анна испугалась, вообразив перед собой призрака, потом обрадовалась возвращению Матвея. Перед отъездом к нему Матвей и Анна пошли на пристань Нью-Йорка — посмотреть, как подходят пароходы из Европы. Сердца их сжимала жгучая печаль, но о возвращении на родину не могло быть и речи. Надо строить жизнь и пускать корни в этом месте, в "новом свете".


Посмотрите другие сочинения:



Помогло ли Вам это сочинение?
Оставьте комментарий.